Кевин Авианс вспоминает о том, как пережил антингейское нападение в 2006 году, и призывает ЛГБТК+ людей сохранять видимость

Кевин Авьянс был перед камерой в Нью-Йорке, поправляя макияж и извиняясь за шум вокруг него. Ему нужно было готовить выступления, заканчивать музыку, и впереди был уик-энд Pride. Спустя два десятилетия после того, как группа мужчин напала на него на улице Манхэттена, артист дрэга и фигура квир-танцевальной музыки по-прежнему работал.

«Если честно, я не знаю, что еще мне делать, девочка», — сказал он The Advocate в среду перед Нью-Йоркским Pride, через две недели после годовщины нападения. «Я не могу продавать хот-доги, девочка. Если бы мог, я бы это делал, но не могу, так что и не буду. Но это то, что я умею делать».

Много лет Авьянс был хорошо знакомой фигурой на танцполах, известной своей бритой головой, эффектными костюмами, головокружительными каблуками и сценическим присутствием, которое сочетает в себе дрэг, образ записывающегося артиста и иконы ночного клуба. Он вырос в Ричмонде, штат Вирджиния, а затем, уже в молодости, переехал в Вашингтон, округ Колумбия, где выступал в Tracks — клубе, который он называл местом, где он «родился». Там он познакомился с Хуаном Авьянсом, основателем House of Aviance, и стал одним из самых ранних участников дома.

Позже он переехал в Майами в 1991 году, чтобы развивать свой стиль, а затем в Нью-Йорк двумя годами позже. В его карьере были появление в клипе Мадонны 1994 года «Secret» и серия танцевальных записей, включая «Din Da Da», «Alive», «Give It Up» и «Cunty».

Взлет Авьянса также шел параллельно культуре circuit party — энергичных ЛГБТК+ мероприятий, которые создавали сообщество и одновременно собирали деньги для организаций, занимающихся ВИЧ и СПИДом, во время кризиса СПИДа. Он сказал, что эти пространства не были идеальными, указав на употребление наркотиков, дороговизну, расовую изоляцию и узкие стандарты красоты, но они все же давали квир-людям место, где можно было собраться и быть увиденными.

К июню 2006 года он записывал музыку, вел вечеринки и двигался по карьере, построенной на ночной жизни. Затем, ранним утром 10 июня 2006 года, он вышел из Phoenix — бара в Ист-Виллидж — и за ним по Первой авеню последовала группа мужчин, которые бросали мусор и ведро с краской, выкрикивали оскорбления, окружили его и избили. У него был сломан челюстной сустав, и четверо человек были арестованы.

«Этот случай был другим», — сказал Авьянс. «Он был совсем другим, и я чувствовал исходившую от них ненависть».

В марте 2007 года все четверо подсудимых признали себя виновными в нападении. По условиям сделок о признании вины им грозило от шести до 15 лет лишения свободы, тогда как по самому тяжелому обвинению как по преступлению на почве ненависти им светило до 25 лет.

Через шесть дней после нападения Авьянс появился на митинге со скрепленной проволокой челюстью и произнес фразу, которая будет звучать еще много лет: «Хорошую королеву не удержать вниз». Позже он работал с Human Rights Campaign против анти-ЛГБТК насилия.

Восстановление было трудным. Авьянс говорил, что нападение затормозило его карьеру, тело болело, а вскоре умерла его мать. В феврале 2007 года он попал в 30-дневную реабилитационную программу после того, как обратился к наркотикам и алкоголю, а позже на время уехал из Нью-Йорка, прежде чем перенес операции по замене тазобедренных суставов.

И все же, по его словам, он никогда не думал о том, чтобы остановиться. «Я выжил. Я жил. Так что раз я жил, то не было сомнений, что я продолжу жить». Музыка, сказал он, помогала ему сохранять фокус.

Город, в который он вернулся, изменился. Многие манхэттенские клубы, сформировавшие его, исчезли, ночная жизнь сместилась в Бруклин, а молодое поколение дрэг-артистов находило известность через реалити-шоу, а не через старый клубный circuit. Авьянс адаптировался, выступая, записываясь и работая диджеем.

Затем Бейонсе представила часть его работы глобальной аудитории. На ее альбоме 2022 года Renaissance была сэмплирована «Cunty» в песне «Pure/Honey», а в «Break My Soul (The Queens Remix)» среди ballroom-домов, которым был отдан дань уважения, был назван House of Aviance. Авьянс говорил, что заранее не знал о сэмпле, и услышать собственный голос на записи его потрясло.

«Я всегда сеял свои семена», — сказал он. «Я понял, что не могу остановить то, что на самом деле не я начал. Это просто то, что началось».

Новое внимание привело к большему числу выступлений и релизов. В 2023 году он запустил тур CVNTY Ball, приуроченный к остановкам Renaissance World Tour Бейонсе. В октябре прошлого года он выпустил 15-трековый HIPPOPOTAMUS!, а теперь уже работает над еще одним танцевальным альбомом, который надеется подать на рассмотрение Grammy.

Для Авьянса танцпол — это не просто развлечение.

«Танцпол очень важен для меня», — сказал он. «Мне кажется, мы отошли от всего этого. Поэтому, думаю, нам нужно снова вернуть этот танцпол в нашу жизнь, потому что он помогал укреплять сообщество».

Он сказал, что квир-людям следует возрождать привычки, которые когда-то поддерживали связь внутри сообществ: выходить в свет, находить новую музыку, знакомиться с людьми и оставаться видимыми. «Выходите хотя бы один субботний вечер в месяц. Идите и увидьте свое сообщество. Разговаривайте с людьми и будьте с лесбиянками, будьте с геями, будьте с транс-людьми, будьте со всеми этими людьми», — сказал он. «Дрэг-королевы — не только для выступлений. Они были нашими девчонками. Дрэг-королевы — для нас».

Это послание приобретает новый вес, поскольку республиканцы и администрация Трампа усиливают атаки на транс-людей, дрэг и квир-выражение. Авьянс, которому сейчас 58, сказал, что этот момент ощущается как еще один цикл отката назад. «Это просто еще одна плохая пластинка, которая играет», — сказал он.

По его словам, ответом должна быть взаимная защита, особенно для чернокожих транс-женщин, дрэг-артистов и других людей, чья видимость делает их мишенями. «Мы здесь не одни», — сказал он. «Если падает один, падаем все мы».

У него также было послание для союзников: «Я хочу, чтобы и эти союзники тоже встали», — сказал он. «Где люди, которые тоже стоят за нас, пока мы стоим за них?»

Авьянс сослался на более ранние поколения активистов и строителей сообщества, включая Маршу П. Джонсон, Сильвию Риверу и ACT UP, как на примеры людей, которые создавали пространство для будущего, сражаясь в настоящем.

«Они отдали свои жизни, чтобы мы могли жить своей жизнью», — сказал он. «Так что теперь мы должны защищать свои жизни, чтобы у будущего тоже были свои».

Он не утверждает, что травма исчезает. Но, по его словам, она может отойти на задний план. «Там, где есть боль, она утихнет», — сказал он. «Бывает время, когда это просто твоя история, но потом рано или поздно это становится частью истории».

Для Авьянса ответ — не отступать. «Нам нужно начать жить открыто, наружу», — сказал он. «Быть частью этого. Не просто сидеть в стороне».

Еще остались костюмы, которые нужно закончить, записи, которые нужно сделать, и танцполы, которые ждут.

«Ты настолько хорош, насколько хороша твоя последняя танцевальная запись, девочка», — сказал он.

TL;DR

• Кевин Авьянс говорит, что нападение в Манхэттене в 2006 году, в результате которого ему сломали челюсть, изменило его жизнь, но не его приверженность музыке или видимости.
• Он призывает ЛГБТК+ людей воссоздавать сообщество через танцполы, ночную жизнь и взаимную защиту.
• Авьянс говорит, что возобновившаяся травля транс-людей и дрэга делает коллективное сопротивление еще более срочным.